Дэн Мильштейн, агент многих известных российских хоккеистов, в числе которых Павел Дацюк, Андрей Василевский и Никита Кучеров, написал книгу, где осветил малоизвестные подробности об их детстве и юности. Отрывки — в материале РБК Читайте нас в Новости Новости 
Российские игроки клуба НХЛ «Тампа-Бэй» Никита Кучеров, Михаил Сергачев и Андрей Василевский
Дэн Мильштейн — финансист, бизнесмен, продюсер, издатель и один из крупнейших агентов, сертифицированных НХЛ. Основатель финансовой компании Gold Star Mortgage Financial Group и агентской структуры Gold Star Sports Management Group. Родился в 1975 году в Киеве, в 1991 году эмигрировал в США. Среди его клиентов — известные российские хоккеисты Павел Дацюк, Андрей Василевский и Никита Кучеров, всего более 100 игроков. Старейшее хоккейное СМИ Северной Америки, журнал The Hockey News, отвело Мильштейну 64-е место в списке самых влиятельных лиц в мире хоккея.
Книга Мильштейна, пятая по счету, называется «Большая игра. По ту сторону мечты». Планируется, что она выйдет из печати в четвертом квартале этого года. Деньги от продажи пойдут на благотворительность — в фонд борьбы с детской онкологией «Подари жизнь».
Как пояснил Мильштейн «РБК Спорт», новая книга служит продолжением издания «Правило № 1 — никогда не быть № 2». «Та книга мотивирующая, в ней рассказывается о многих известных людях, добившихся успеха с нуля, в том числе о некоторых моих клиентах — звездах мирового хоккея», — сказал агент.
В новой книге присутствуют малоизвестные подробности жизни игроков — клиентов агентства Gold Star Sports Management Group. «РБК Спорт» приводит из нее отрывки.
Павел Дацюк, нападающий, «Автомобилист»
«В январские дни 1994 года Павлику, как называли в семье Дацюков младшего ребенка, было 15 лет. Тогда он и представить себе не мог, что когда-то станет олимпийским чемпионом и обладателем Кубка Стэнли. И уж тем более ему не могло прийти в голову, что однажды его включат в список 100 лучших игроков в истории НХЛ за век существования сильнейшей хоккейной лиги мира.
В то время Павлик думал совсем о другом. Летом предыдущего года его мама, заведующая столовой на военном заводе, повезла часто простывавшего и сильно кашлявшего сына из родного Екатеринбурга к морю и солнцу, в Одессу. К тому времени она нередко плохо себя чувствовала, но не знала, насколько все серьезно. И не подозревала, что южное солнце ее убьет.
Сестра Павлика Лариса, на десять лет старше, в тот момент развелась с мужем, и это усиливало переживания мамы. После возвращения из отпуска она стала чувствовать себя все хуже. К концу декабря в сопровождении Ларисы пошла в больницу на обследование. При решающем разговоре с врачом маму Паши попросили выйти, а сестре врач сказал: «У вашей мамы четвертая стадия рака. Жить ей осталось месяц».
На следующий день Лариса сказала брату, что пойдет проводить его на тренировку. Он удивился, поскольку такого прежде не бывало. Они пошли к остановке 13-го трамвая, в честь которого, каждый день возившего его на хоккейные занятия, Паша позже возьмет свой знаменитый игровой номер.
«Ты знаешь, мама болеет…» — «Да, но она же скоро выздоровеет?»
И тут она ему все рассказала.
Вскоре он с тяжелым сердцем уехал с командой на соревнования. Потому что уже в том возрасте знал, что такое «надо». Если ты этого не знаешь, никогда не добьешься того, что удалось Паше.
Мама из последних сил ждала его возвращения. Выходя на лед, он думал о ней и с трудом сдерживал слезы.
Она дождалась. Он вернулся 23 января.
Утром 24 января Пашиной мамы не стало.
Она не успела побывать ни на одном хоккейном матче сына. И не дожила до всех его огромных хоккейных успехов — олимпийского золота, двух Кубков Стэнли, победного чемпионата мира. До всего того, чему была бы счастлива больше всех людей на Земле.
И он отдал бы многое, чтобы она все это увидела. После каждого из своих триумфов он незаметно поднимал голову вверх, смотрел на нее и про себя шептал: «Мама, это для тебя».
Бойд Деверо, Бретт Халл и Павел Дацюк с Кубком Стэнли
Андрей Василевский, вратарь, «Тампа-Бэй»
«Десятки, сотни грязных пивных бутылок стали каждодневной деталью быта семьи Василевских. Ездили за ними в середине 2000-х всей семьей — папа Андрей за рулем, маленький Андрюша и его старший брат Леша в качестве пассажиров. Они изо дня в день объезжали километров по 100, заглядывали в каждую окрестную деревню, собирали бутылки, привозили их на дачу. Там, в ванне на улице, отмывали их от всякой гадости, включая «бычки» от сигарет, а иной раз и что-то худшее, и везли на базу, где за чистые бутылки давали хоть какие-то деньги. На этом в удачный день можно было заработать несколько сотен рублей.
Младшие Василевские не были белоручками, носов от брезгливости не воротили. В первые дни мытья бутылок мальчишкам даже это было интересно — как-никак что-то новое! Но дни шли, ничего не менялось, работы не было. Родители грустили, хотя и старались не показывать виду.
И в один из дней, поняв их состояние, Андрюша вдруг сказал: «Обещаю, что вырасту и сделаю так, что больше вы никогда не будете так жить!»
Василевскому, тогда еще не лучшему хоккейному вратарю мира, а мальчику из российской глубинки, было 10 лет. Его папа, тоже хоккейный вратарь, недавно закончивший игровую карьеру, работал индивидуальным грузовым перевозчиком. Заказов уже давно не было. Денег в доме, соответственно, тоже. Вот и пришлось Андрюше-младшему собирать, мыть и продавать бутылки из-под пива.
Сильно бы удивился мальчик с периферии, скажи ему кто-то, что меньше чем полтора десятка лет спустя его будет знать весь мир. И что могучий 190-сантиметровый вратарь Василевский по прозвищу Большой Кот выиграет Кубок Стэнли, станет чемпионом мира, обладателем «Везина Трофи» — приза лучшему голкиперу НХЛ. И получит от своего клуба из жаркой американской Флориды сказочный восьмилетний контракт на $9,5 млн в год. И этот контракт станет одним из трех самых крупных для вратарей в истории мирового хоккея».
Никита Кучеров, нападающий, «Тампа-Бэй»
«Никита вырос в семье военного и раннее детство провел в Туркменистане, где проходил службу Игорь, отец Никиты, офицер российских вооруженных сил. А родом из Майкопа — мама, Светлана. К своей матери она и поехала рожать. С Северного Кавказа до туркменских Каракумов — вот из какого далека начал восхождение на хоккейный Олимп будущий чемпион НХЛ!
После нескольких лет проживания в Ашхабаде семья перебралась в Москву, где папа поступил в военную Академию имени Фрунзе. По воспоминаниям Никиты, жили они в то время в хрущевке и кухонька в той квартире была настолько крохотная, что там еле помещались даже два человека.
Именно в столице в конце 1990-х Никита начал заниматься хоккеем на муниципальном катке «Серебряные акулы». Помогла удача, когда в один из дней папа Игорь возвращался с работы и увидел объявление, что по соседству открылась детская хоккейная школа. Туда-то родители и отправили Никиту и его старшего брата Дениса. Младшему тогда исполнилось только пять лет.
Просмотр на катке прошел успешно, в чем Игорь и Светлана Кучеровы нисколько не сомневались: он рос очень активным и подвижным ребенком, любил играть с мячом, лихо катался на велосипеде и роликовых коньках брата, гонял по двору на самокате. Как вспоминают родители Никиты, они просто ждали, когда он чуть подрастет, чтобы отдать его в футбол или хоккей. С самого раннего детства он проявлял в играх характер, азарт, не по возрасту безудержное желание побеждать во всем и везде. По мальчишке сразу было видно, что он с игровым стержнем, и тренеры с радостью взяли его в свою группу.
Но карьера будущей звезды НХЛ могла так и не начаться. В муниципальных школах в то время не выдавали никакой экипировки, а коньки нужны каждому хоккеисту. Все расходы по содержанию юного хоккеиста ложились на плечи родителей, а кто помнит 1998 год в России — время тяжелого экономического кризиса в стране и дефолта, когда военным по несколько месяцев не выдавали зарплату, — понимает, перед каким вызовом оказалась семья Кучеровых.
Выход нашла мама Никиты, которая устроилась на тот же каток работать уборщицей. Для Светланы, мастера спорта СССР по спортивной гимнастике, не один год проработавшей в Майкопе тренером в местной спортивной школе, не было другой мечты, как видеть своего ребенка спортсменом. И вот через неделю кто-то принес подержанные коньки, которые семья Кучеровых взяла в долг. Они были на три размера больше, но что поделать, если надо тренироваться? Пусть с братом, который старше Никиты на три года, у них была пара на двоих и на тренировки из-за этого они ходили по очереди, но, главное, коньки были! Так и откатались в них еще три года».
Алексей Мельничук, вратарь, «Сан-Хосе»
«Утром 24 мая 2014 года вся семья Мельничук села в Land Cruiser и поехала на дачу. По дороге забрала после тренировки по легкой атлетике Веронику, старшую сестру Леши, которая входила в юниорскую сборную Санкт-Петербурга и была кандидатом в мастера спорта. Ее рекорд в беге на 200 метров до сих пор не побит и висит в списке достижений на Зимнем стадионе в Питере.
Леша в тот день плохо спал. Накануне, после празднования по случаю награждения, мама попросила его уложить младшую сестру спать — они заигрались, и он не выспался. Место на откидном третьем ряду джипа было ему в самый раз, чтобы прикорнуть на время дороги. Он улегся справа. Но когда пришла после тренировки уставшая сестра, решил уступить ей место.
Вероника сказала: «Давай по полдороги. Сейчас ты спи, а после магазина в Кингисеппе поменяемся, и я туда сяду».
Алексей заснул, а проснулся… на обочине.
Только спустя время ему покажут видео с ближайшей заправки, как их Land Cruiser сминает самосвал. Оно какое-то время провисело в интернете, но было настолько жутким, что его оттуда убрали.
Молодой и неопытный водитель самосвала, груженного металлом, как потом выяснилось, вне всяких правил двигался в левом ряду и с опозданием среагировал на торможение ехавшей впереди легковушки. Вместо того чтобы минимизировать опасность для других машин и ударить один этот автомобиль сзади, он зачем-то вывернул руль влево и выскочил на встречную полосу.
У Андрея Мельничука, ехавшего в левой полосе ему навстречу, не было ни секунды, чтобы среагировать и предпринять какой-то маневр. Самосвал протаранил сначала его джип, а затем и пассажирский автобус.
Погибли три водителя, включая виновника аварии и Лешиного папу. В машине Мельничуков разбились насмерть все, кто ехал на левой стороне, — отец, дедушка, 17-летняя Вероника и четырехлетняя Настя, сердце которой продолжало биться еще несколько дней, но спасти ее врачам не удалось. Не стало и семи пассажиров автобуса. Это была страшная автокатастрофа.
В живых остались те, кто сидел в джипе с правой стороны, — мама, бабушка и Алексей.
Старшая сестра, не захотев сразу пересаживаться на третий ряд, как выражается Леша, оставила ему билетик в жизнь».
Посмотреть эту публикацию в Instagram
Владислав Наместников, нападающий, «Детройт»
«Семья Наместниковых жила в Детройте — там же, где играл за «Ред Уингз» дядя Слава. Влад уже вовсю занимался хоккеем и бредил «Красными крыльями». И тогда уже двукратный обладатель Кубка Стэнли Козлов сделал племяннику царский подарок — несколько раз сводил в раздевалку его любимого клуба, когда там была вся команда.
Пожал тогда Влад крохотной ручонкой и руку капитана «Детройта» Стива Айзермана — своего будущего генерального менеджера сначала в «Тампе», куда тот возьмет Наместникова в первом раунде драфта, а потом и в самом «Ред Уингз».
Такие вот в жизни бывают пересечения. Тогда Айзерман был для Влада кумиром. Позже станет работодателем. И скажет: «Это уникальная и интересная ситуация — драфтовать игрока, семью которого ты много лет знаешь и самого видел еще ребенком. Помню даже, как немного играл против отца Владди. Все это очень помогло в плане того, что мы всегда хотим знать о наших будущих хоккеистах, какой у них характер, какие корни. Здесь с этим не было вообще никаких проблем».
Семья Наместниковых — первая российская династия в НХЛ. Ведь там играл не только дядя, но и отец Владика. Никогда прежде не случалось, чтобы папа и сын из России выходили на лед в лучшей хоккейной лиге мира.
«С такой родословной у вас были шансы заняться в жизни чем-то другим?» — однажды спросили у Наместникова. Он ответил в ту же секунду: «Никаких!»
В какой-то момент в детстве он расхотел играть в хоккей. И тогда веское слово сказала… мама Марина. Родная сестра Вячеслава Козлова, дочь тренера. Хоккея в ней было заложено не меньше, чем в папе. У того, как и у дяди Славы, в разгаре была собственная карьера, уделять ему слишком много внимания они не могли. И мама буквально заставила его играть. Возила на тренировки, убеждала — и Влад по сей день благодарен ей за ту настойчивость».
